Спрятать колонку

Блог пользователя Аттила

Как будто

Как будто

Взбегая по ступеням, я мысленно прокручивал детали последнего телефонного разговора, который заставил меня примчаться, сломя голову и бросив все дела.
У входа нервно курсировала группа мужчин. Я никогда не был специалистом в определении возраста на глаз, но думаю, самому молодому из них было порядка 20, а самому почтенному около 60. У дверей я чуть было не столкнулся с одним из них, после чего мы обменялись неловкими поспешными извинениями и взволнованными взглядами. Закончив с формальностями, я поспешил внутрь.
Мне сообщили, что придётся некоторое время потерпеть. Ожидание давалось тяжело, однако оно же предоставило возможность хоть как-то отдышаться. Минут через пять я перестал походить на взмыленную лошадь, что несказанно меня обрадовало. Внутри мне не сиделось, и чтобы хоть как-то скоротать время я вышел подышать свежим воздухом, где присоединился к другим дожидающимся.
На месте не стоялось, и я вступил в ряды марширующих перед дверьми. Иногда наши пути пересекались, и мы расшаркивались, уступая друг другу дорогу. Порой кто-то из нас как будто решался завести разговор, но то ли природная вежливость, то ли царившая неловкость и волнение, а возможно и нерешительность или что-то ещё останавливали его на полпути, и он, махнув рукой, продолжал свой крестный ход.
Мои руки дрожали в нетерпении, наматывание кругов стало утомлять и, вдруг, ноздри уловили аромат сигаретного дыма. Обернувшись, я увидел, что самый почтенный из нашей компании, седовласый джентльмен, отошёл в сторонку и закурил.

>> Читать далее

Под пение цикад в Хонно-дзи

Под пение цикад в Хонно-дзи


"Последний бой Нобунага" гравюра Ёситоси Тайсо, 1878 г.

Ночь.
Пение цикад и звёзды над Киото. Ночь как ночь. Одна из многих. Но стать ей суждено определяющей.

Сон.
Под пение цикад не приходил он долго. Когда явился, не принёс покоя. Жара была невыносимой. Ода Нобунага в полузабытьи ворочался на циновке. Его преследовали тревожные видения.

Храм.
По его стенам передвигались стражи. Свита и телохранители, всего порядка сотни человек, разместились на ночлег внутри. Близился рассвет. Но небо ещё не начало светлеть. По ночным улочкам с разных сторон к храму продвигались люди и лошади. Они шли в полнейшей тишине. Лишь изредка вблизи от них можно было услышать стук копья или скрип седла. Кольцо вокруг храма сжималось.

Крики.
Они разбудили Нобунагу. Он сразу почуял неладное. Жизненный опыт подсказывал, что это за крики. Их становилось всё больше. Они становились всё громче. Свист стрел. Редкий треск аркебуз. Он выскочил из помещения и бросился ко входу. Его взору предстала картина безнадёжного сражения, проигранного ещё до его начала. Над стенами в свете костров и факелов реяли знамёна Акечи. Его вассала. Его генерала. Ряды защитников редели. Нападающие постепенно пробивались к нему.

Предательство.
Что может ударить больнее? Даже вонзившаяся в бок стрела не могла с ним сравниться. Он подхватил нагинату сражённого пулей слуги. Ярость. Гнев. Они обуяли Нобунагу. Его воины подняли оружие против своего господина. Их ведёт генерал, которому он доверял. Которого отправил с помощью на запад. Которого наделил силой и властью. Который гарцует сейчас на лошади и указывает мечом на своего благодетеля.

«Шелудивые псы!».

>> Читать далее

Татьяна Зыкина

По душе парочка песен.

Другая глубина

Я могу не быть,
Жить без твоего лица,
Без улыбки нежной в этих снах тревожных.
Я знаю, где у меня
Это отключается,
Но только прежде вот что:

Я хочу знать,
Что кто-то будет в истоме твои гениальные руки целовать,
Что кто-то ценит тебя и даёт тебе то, что ты в праве себе желать -
И если так, то живите, и пусть не права я
Хотела тебе показать, что бывают:

Другие горизонты, другая глубина.
Другая близость - тебе и не снилось.
Другие горизонты, другая глубина.
Куда звала я, но ты не узнаешь.
Другие горизонты, другая глубина.
Другая близость - тебе и не снилось.
Другие горизонты, другая глубина.
И даль волнует, но ты не рискуешь...

Быстрый поцелуй
Так формален, но во мне
Закипают волны и теплом на выдох.
Но я себе велю
Быть гуманней и умней,
Чем моё либидо

Я удалю сама
Из головы эти файлы, неясные взгляды,
Но мне надо понимать,
Что ты действительно хочешь себе эту жизнь,
И нет смысла её менять.
И если так, то живите, и пусть не права я
Хотела тебе доказать что бывают...

Другие горизонты, другая глубина.
Другая близость - тебе и не снилось.
Другие горизонты, другая глубина.
Куда звала я, но ты не узнаешь.
Другие горизонты, другая глубина.
Другая близость - тебе и не снилось.
Другие горизонты, другая глубина.
И даль волнует, но ты не рискуешь...

То рассвет иль моя «Беатриче»?!

То рассвет иль моя «Беатриче»?!

«Io era tra color che son sospesi,
e donna mi chiamò beata e bella,
tal che di comandare io la richiesi.
Lucevan li occhi suoi più che la stella;
e cominciommi a dir soave e piana,
con angelica voce, in sua favella»
Данте Алигьери «Божественная комедия»

Последнее время в голове крутится мотив этой песни:

На него ложатся строки уже второго стихотворения(или песни?)

Выхожу в темноту и куда-то бреду.
Ну зачем это всё мне досталось?
На дворе ни души, я как будто в аду.
Ну а что мне теперь-то осталось?

Надоело мне всё, вот и двинул во тьму.
Без тебя эта жизнь мне не в радость.
Без улыбки твоей я пришёл лишь к тому,
Что печально гряду в бесконечность.

Ливень бьёт по лицу, но с пути не сверну.
Я шагаю сквозь тьму ... Угнетает.
Может, всё же найду я дорогу в весну.
Только сердце всё не заживает.

Не поможет вино, не поможет саке,
Не врачуют душевные раны.
Видно эта стезя, видно эта тропа
Заведёт в мир Аида столь рано.

Ветер стонет во тьме, ему вторит в ответ
Волчья стая, что ждёт мою участь.
Продолжая идти, допою я куплет
Прежде чем упаду в эту пропасть.

Темнота или свет? Что увижу в конце?
Что я встречу в пути одиноком?
Слёзы льют по щеке. Сердце в боли кольце.
Ну а мысли о чём-то далёком.

Дождь сменился пургой, лес сменился рекой.
Я шагаю всё так же упрямо.
Моё тело в воде и по шею порой.
Бьются волны о грудь неустанно.

Я забрёл, может, в Стикс, и мой близок финал.
Что ж, с улыбкой его принимаю.
Значит доля моя, меня всё же нашла.
В мыслях крепко тебя обнимаю.

Вдруг кольнуло в груди! Засияло вдали!
То рассвет иль моя «Беатриче»?!

Дорога к свободе

По сегодняшним впечатлениям. Остальные фото прикреплены.

Дорога к свободе

Утро.
Часок-другой поспать ещё охота.
Не побегу сегодня.
Сон.
Днём появилось чувство странное.
Чего-то не хватало.
Мне.
Организм и психика
Требовали бега.
Бега! Бега! Бега!
Стадион был полон детворы.
Мешать им я не буду.
Направлюсь к озеру.
Свернул на первую же парковую тропку.
Земля усыпана иголками.
Один я.
Бежать приятнее.
Чем по асфальту.
Сквозь кроны древ на землю падают лучи.
Устремляются вдаль сосен ряды.
Дорога к свободе.
Рукотворная красота.
Но всё равно природа.
Ощущение естественности.
Вид шикарный.
Жалко, что с собой только телефон.
Сфотографирую на обратном пути.
Чувствую себя свободным.
Несмотря на музыку в наушниках
Слышу свист ветра.
Свобода.
Наедине я с мыслями своими.
Ничто не отвлекает и не беспокоит.
Окроме дум.
Приятное чувство напряжения в мышцах.
Красивые картины перед глазами.
Как жаль, что фотографии не способны передать всю красоту места.
И тем более чувства и эмоции.
И тем более телефонные фотографии.
Перепрыгиваю упавшее на землю древо.
Пригибаюсь. Под покосившимся.
Поворот.
Дорога вверх.
Какой симпатичный мшистый пенёк!
Вытаскиваю наушники.
Слушаю лес.
Шорох.
Это опадает хвоя.
Никогда не помышлял, что падают иголки
С таким приятным шумом.
И как красиво выглядит процесс
На солнечной прогалине лесной.
Ноздри жадно вдыхают запахи.
Лёгкие полны кислорода.
Бегу обратно.
Дорога вниз.
Приятно.
Обязательно
Повторю завтра.
В ушах запело
Da schlägt es links
Links zwo drei vier
Меня ждут серые дома.
Дороги. Пыль.
Цивилизация.

До свидания.
Я ещё вернусь.
Жди.

Вырождение

Первые 2 строфы записаны в 2 разных вечера, перед сном либо в полузабытьи, в тетрадку возле кровати. Сегодня сел и дописал.

Вырождение

«Требуем, требуем зрелищ!
Требуем, требуем хлеб!
Мы – пролетарии Рима,
Вершители ваших судеб!»

Куда ушли славные годы?!
Куда ушли славные дни?!
Когда сапоги легионов
Топтали пределы Земли.

Наследники гордых квиритов –
Позор недостойный отцов!
Тех, кто разбивал орды галлов!
Горациев, Гракхов родов.

Подачки, что даст император,
Берёте дрожащей рукой.
И мыслите вы себя силой,
С которой считается он.

Вы мните, что волей своею
Способны и цезаря снять.
Хотя всё давно уж поверьте
Зависит от преторкогорт.*

Когда-то в огонь свою руку
Сцевола поставил, гордясь
За город, в котором живёте,
На стену взобраться боясь.

Недолго вам тешить тщеславие!
Недолго вам в цирке орать!
Уж слышен мне топот германский.
Уж слышен мне звон их мечей.

*Имеются ввиду преторианцы.

Но размер не позволял.
Я то слово изобрёл.
Маяковский блин.)

Полуприёмная, полудневник Аттилы

В ЖЖ чего-то пока не решаюсь залезть. Но иногда хочется чего-то написать\сказать.

Для начала, как водится, о себе:

Эмпат. Стеснителен и замкнут.
Нерешителен и инфантилен.
Нравственен, принципиален.
Толерантен. Либерален.
Скромен. Предан. Справедлив.
Эрудирован и театрален.
Может даже эпатажен.
Как правило, я объективен.
Но иногда заносчив, да, и злобен.
Самокритичен, даже чересчур.
Перерастает в самобичевание.

RSS-материал

Наверх